Внутренний рассеиватель гасит точку накала полностью — снаружи видно ровно светящийся объём, а не лампу. Внешняя сетка накладывается на это свечение вторым слоем: получается глубина, которой у однослойных абажуров нет. На стене — двойная тень: резкая от внешней сетки и мягкая от рассеивателя, они не совпадают и смещаются, если обойти лампу.
Две оболочки вместо одной
Внутри «Ядра» стоит второй абажур — тонкостенный рассеиватель из натурального PLA, который надевается на патрон отдельно. Внешняя сетка Voronoi садится поверх на трёх скрытых стойках с зазором 14 мм. Каждый корпус печатается отдельным заданием, потом их подгоняют вручную: посадка плотная, зазор одинаковый по кругу, стойки не должны просматриваться сквозь сетку. Это ровно та операция, из-за которой тираж ограничен тридцатью штуками в год.
Что даёт зазор
Свет проходит два рассеивания подряд: сначала внутренняя оболочка превращает точечный источник в светящуюся поверхность, потом внешняя сетка режет её на ячейки. Без зазора слои слиплись бы в один рисунок; при 14 мм между ними появляется глубина — сетка «висит» перед свечением, а не лежит на нём. Смещение теней на стене — следствие того же зазора: два контура отбрасываются из разных точек.
Почему тридцать
Это не маркетинговый лимит. Печать двух корпусов — 26 часов машинного времени, ручная подгонка и сборка — ещё около трёх часов работы. Тридцать штук в год — примерно столько, сколько мы физически успеваем собрать, не отодвигая остальную коллекцию. Каждый экземпляр пронумерован по нижней кромке внешней оболочки; номер выдавлен в печати, а не нанесён после.
Оттенки
Внутренний рассеиватель всегда натуральный — он должен светиться, а не окрашивать. Меняется только внешняя сетка. Тёплый белый даёт самый мягкий результат, слои почти сливаются. Графит — максимальный контраст: чёрная сетка перед тёплым свечением, самый графичный вариант. Терракота греет картинку и в выключенном виде выглядит керамикой.